Настоящая "игра престолов" в Англии. Часть VI: война Алой и Белой розы
Эпиграфом к этой истории могли бы послужить слова Шекспира: "Кто высоко стоит, тот знает грозы. И, падая, ломается в куски".
Для большинства людей, не являющихся специалистами по истории Англии XV века, война Алой и Белой розы представляется кошмарным лабиринтом из:
На самом деле все гораздо проще, и для того чтобы разобраться в самом кровавом периоде английской истории, достаточно запомнить имена двух королей: Генриха VI и Эдуарда IV.
В судьбе обоих важную роль сыграл Ричард Невилл, 16-й граф Уорик, прозванный кингмейкером (kingmaker), другими словами - царетворителем, или делателем королей (оба варианта звучат по-русски довольно дико, но ничего другого в голову не приходит).
Однако перед тем как начать рассказ об этой незаурядной личности, сумевшей по очереди поддерживать и Йорков, и Ланкастеров, чья дочь таки стала королевой Англии, следует вкратце рассказать о том, почему английская аристократия разделилась на два лагеря, и как судьба по очереди улыбалась то одному, то другому.
Война за английскую корону никогда не стала бы возможной, если бы Генрих Болинброк не сверг, а потом и не убил бы законного и помазанного короля Ричарда II.
Кровавых разборок между Йорками и Ланкастерами опять же не было бы, если бы сын Болинброка, известный нам как Генрих V, не скончался совсем в молодом возрасте, оставив наследником девятимесячного сына, которому, разумеется, править было рано.
И, наконец, этой войны опять же не было бы, если бы Генрих VI не был психически нездоровым человеком, или если бы у него не было амбициозной жены с железным характером - Маргариты Анжуйской.
Итак, первый вопрос: почему и Йорки, и Ланкастеры могли практически с равными правами претендовать на престол? Для этого достаточно взглянуть на династическое древо последних Плантагенетов.
Обратите внимание на две вещи: Йорки вели свою родословную от второго сына Эдуарда III, Лайонела, герцога Кларенса, хотя и по женской линии, Ланкастеры - от третьего, Джона Гонта. Так что теоретически у Йорков прав было больше, хотя в то время главное внимание уделялось не тому, у кого больше прав, а тому, у кого больше войск.
32 года войны Алой и Белой розы тоже можно уложить в несложное перечисление: Генрих VI, Эдуард IV, Генрих VI, Эдуард IV, Ричард III и Генрих Тюдор.
Да, все именно так, - большую часть времени английская корона плавно переходила от Ланкастера к Йорку и обратно, пока последнего Йорка не зарубили на поле битвы у Босворта. А поскольку прямых Ланкастеров к тому времени не осталось, корона перешла к их дальнему родственнику, Тюдору.
Главным вопросом, из-за которого в общем-то и разгорелась война Алой и Белой розы, был вопрос: кто же контролирует короля? Точнее даже не контролирует, а за него правит.
Генрих VI никогда не отличался особым государственным умом. Первые 31 года своей жизни он был человеком болезненно подозрительным, явно страдавшим от мании величия, и к тому же был просто не в состоянии принять ни одного серьезного решения.
Затем у него случился приступ какой-то серьезной болезни, после которого он стал апатичным, у него пропал интерес к чему бы то ни было, в том числе и к собственной гигиене, он страдал также от галлюцинаций и религиозного экстаза. Все эти симптомы идеально подходят диагнозу "шизофрения". Эта болезнь лишила его собственного я, короны, жены, сына и жизни.
То, что сам Генрих править страной не в состоянии, понимали все, но оставался нерешенным один момент: кто будет выполнять за него эту почетную обязанность? Претендентов было двое: Ричард, герцог Йоркский, Плантагенет, родственник короля (оба они происходили от детей Эдуарда III), и Эдмунд Бофорт, 2-й герцог Сомерсет, который тоже был родственником короля, но с изъяном: его бабушкой была Екатерина Суинфорд, всего лишь третья, последняя жена, а до этого любовница Джона Гонта, третьего сына Эдуарда III.
Для большинства людей, не являющихся специалистами по истории Англии XV века, война Алой и Белой розы представляется кошмарным лабиринтом из:
На самом деле все гораздо проще, и для того чтобы разобраться в самом кровавом периоде английской истории, достаточно запомнить имена двух королей: Генриха VI и Эдуарда IV.
В судьбе обоих важную роль сыграл Ричард Невилл, 16-й граф Уорик, прозванный кингмейкером (kingmaker), другими словами - царетворителем, или делателем королей (оба варианта звучат по-русски довольно дико, но ничего другого в голову не приходит).
Однако перед тем как начать рассказ об этой незаурядной личности, сумевшей по очереди поддерживать и Йорков, и Ланкастеров, чья дочь таки стала королевой Англии, следует вкратце рассказать о том, почему английская аристократия разделилась на два лагеря, и как судьба по очереди улыбалась то одному, то другому.
Война за английскую корону никогда не стала бы возможной, если бы Генрих Болинброк не сверг, а потом и не убил бы законного и помазанного короля Ричарда II.
Кровавых разборок между Йорками и Ланкастерами опять же не было бы, если бы сын Болинброка, известный нам как Генрих V, не скончался совсем в молодом возрасте, оставив наследником девятимесячного сына, которому, разумеется, править было рано.
И, наконец, этой войны опять же не было бы, если бы Генрих VI не был психически нездоровым человеком, или если бы у него не было амбициозной жены с железным характером - Маргариты Анжуйской.
Итак, первый вопрос: почему и Йорки, и Ланкастеры могли практически с равными правами претендовать на престол? Для этого достаточно взглянуть на династическое древо последних Плантагенетов.
Обратите внимание на две вещи: Йорки вели свою родословную от второго сына Эдуарда III, Лайонела, герцога Кларенса, хотя и по женской линии, Ланкастеры - от третьего, Джона Гонта. Так что теоретически у Йорков прав было больше, хотя в то время главное внимание уделялось не тому, у кого больше прав, а тому, у кого больше войск.
32 года войны Алой и Белой розы тоже можно уложить в несложное перечисление: Генрих VI, Эдуард IV, Генрих VI, Эдуард IV, Ричард III и Генрих Тюдор.
Да, все именно так, - большую часть времени английская корона плавно переходила от Ланкастера к Йорку и обратно, пока последнего Йорка не зарубили на поле битвы у Босворта. А поскольку прямых Ланкастеров к тому времени не осталось, корона перешла к их дальнему родственнику, Тюдору.
Главным вопросом, из-за которого в общем-то и разгорелась война Алой и Белой розы, был вопрос: кто же контролирует короля? Точнее даже не контролирует, а за него правит.
Генрих VI никогда не отличался особым государственным умом. Первые 31 года своей жизни он был человеком болезненно подозрительным, явно страдавшим от мании величия, и к тому же был просто не в состоянии принять ни одного серьезного решения.
Затем у него случился приступ какой-то серьезной болезни, после которого он стал апатичным, у него пропал интерес к чему бы то ни было, в том числе и к собственной гигиене, он страдал также от галлюцинаций и религиозного экстаза. Все эти симптомы идеально подходят диагнозу "шизофрения". Эта болезнь лишила его собственного я, короны, жены, сына и жизни.
То, что сам Генрих править страной не в состоянии, понимали все, но оставался нерешенным один момент: кто будет выполнять за него эту почетную обязанность? Претендентов было двое: Ричард, герцог Йоркский, Плантагенет, родственник короля (оба они происходили от детей Эдуарда III), и Эдмунд Бофорт, 2-й герцог Сомерсет, который тоже был родственником короля, но с изъяном: его бабушкой была Екатерина Суинфорд, всего лишь третья, последняя жена, а до этого любовница Джона Гонта, третьего сына Эдуарда III.
Comments
Post a Comment